Взгляд юриста Юридический блог компании Jurimex

Благодаря новому Vanish все цвета после стирки стали как новые

Можно провести не сложный эксперимент. Вбив в любой поисковик слова “обналичивание денег” кроме возможных схем реализации данного мероприятия, можно найти так же конкретные предложения с указанием процентов “комиссии” за оное. Проблема существования в Украине так называемых «налоговых ям» для нашего государства не нова. Так же не нова тема практического использования этих ям в борьбе за указанные в заголовке денежные знаки, при чем с минимальными налоговыми потерями. И одним из символов современной украинской экономики могут стать в том числе и эти самые ямы, называемые в простонародье конвертационными центрами, фиктивными фирмами.Суть деятельности конвертационного центра состоит в том, что используя коррупционные связи в органах государственной регистрации, банковских учреждениях, нотариальных конторах, и конечно налоговой службе преступные группы создают фиктивные фирмы – организации, зарегистрированные по утерянным или украденным документам на физических лиц, которые не принимали участие в регистрации или просто банально продали свою подпись под учредительными документами преступникам. В таких организациях фактически отсутствует и директор, т.е. по документам проходит определенное физическое лицо, однако, оно вряд ли знает, что является директором юридического лица, которое в данный момент рассматривается нами как фиктивная фирма.
Впоследствии фиктивная организация (лица, которые подделывают подписи фиктивного директора) «оказывает услуги» и «выполняет работы» по заказу абсолютно или частично белых контрагентов, тем самым предоставляя им право на налоговый кредит по НДС, что влечет за собой уменьшение налоговых обязательств плательщика по НДС и право на уменьшение налоговых обязательств по налогу на прибыль предприятий. При этом, естественно, налоговые обязательства возникают у фиктивной фирмы (другими словами, фиктивная фирма полностью в пределах действующего законодательства переводит на себя налоговых обязательства своего контрагента (читай – заказчика). Излишне говорить о том, что такие налоговые обязательства фиктивная фирма перед бюджетом не гасит, а полученные от «белого» контрагента деньги «за услуги, работы» обналичивает (переводит в наличную форму) и за вычетом своего вознаграждения отдает ему обратно. Благодаря отсутствию реальных физических лиц, несущих ответственность за деятельность организации преступные группы достигают одного результата: невозможность привлечения к ответственности практически ни одного лица за неуплату налогов по статье 212 Уголовного кодекса Украины и за фиктивное предпринимательство по статье 205 Уголовного кодекса. При этом, методика следственных действий в таких категориях преступлений очень сложная. Ведь, правоохранительные органы должны доказать причастность к организации деятельности конвертационного центра лица абсолютно никак не связанного с ним документально и к тому же, как правило, осторожного. Поэтому, где-то можно понять желание налоговиков расширить свои полномочия, в частности путем получения права без суда признавать фиктивными сделки, совершенные действующими организациями с фиктивными фирмами (именно таким способом налоговики (1) пытаются взыскать в доход государства все полученное «белой» фирмой по сделке (2) доначислить налоговые обязательства фирме). Можно понять, но не разделить. И дело здесь даже не в том, что такое нововведение прямо противоречило бы Гражданскому кодексу, а по уровню своего правового нигилизма сравнялось бы разве что с некоторыми последними Указами Президента касательно упразднения отдельных судебных институтов. Правовой нигилизм в этой стране уже никого не пугает. Но, предоставление такого полномочия государственной налоговой службе станет крайне опасным орудием в руках крайне коммерционализированного государственного института. При этом, использование его не в интересах службы будет более чем вероятно. И главное, – не эффективно для целей борьбы с конвертацией.
По нашему мнению, решение проблемы минимизации НДС лежит никак не в плоскости увеличения и без того широких полномочий государственной налоговой службы. Любой специалист может подтвердить, что полномочий для противодействия нелегальной минимизации НДС у ГНС более чем достаточно. Однако, масштабы явления, его, правильнее сказать, метастазы поразили абсолютно все более или менее причастные к налоговому регулированию государственные институты, и конечно, налогоплательщиков. Об объемах проблемы свидетельствует осведомленность о ней граждан нашей, каждый второй из которых расскажет Вам суть работы конвертаторов. Почему же их деятельность нельзя остановить? Очень просто. Потому что это всех устраивает. Всех, без исключения! Смакуя последние-новости о раскрытии очередного конвертационного центра, неплохо было бы каждому из нас вспомнить не получал ли он зарплаты «в конвертах». Да, именно «заплаты в конвертах» являются результатом деятельности какого-то очередного конвертатора. Людей устраивают зарплаты без налогов – значит их устраивает деятельность конвертаторов. Собственники предприятий (практически всех – и это не преувеличение) также получают выгоду от конвертации в виде минимизация налогов. Естественно, выгодна такая деятельность самим конвертаторам, которые получают от нее доход. Выгодна деятельность банкам, без соучастия которых невозможно существование ни одного конвертационного центра, выгодна, бесспорно, и самим правоохранительным органам – в первую очередь налоговым, без покровительства которых эта деятельность также невозможна.Решение проблемы лежит скорее в принципиально новых подходах к нормативному регулированию не правового статуса налоговиков (вопрос о необходимости существования налоговой милиции как таковой сам по себе очень спорный), а именно процедуры движения налога на добавленную стоимость внутри государства от плательщика к плательщику и, в завершении, – к государству. Еще Н.Я.Азаров в первое свое пришествие министром финансов предложил простой и понятный механизм учета движения НСД, который попытались ввести в действие указом Президента. Состоял механизм во введении НДС-счетов. Каждое предприятие – плательщик НДС, открывало отдельный НДС-счет, который использовался только для одной цели – зачисление НДС и уплата НДС от предприятия предприятию и в бюджет. Нюанс состоял в том, что обналичивать деньги с таких счетов запрещалось в принципе. Т.е. деньги могли уйти только в бюджет или другому такому же плательщику. Однако, даже условия «преступной власти» не дали возможности Николаю Яновичу воплотить свой проект. Бурю подняли как раз оранжевые, которые усмотрели в этом очередной волюнтаризм и ущемление прав предпринимателей со стороны Президента Л.Кучмы. Каких предпринимателей имели ввиду парламентарии понятно, ведь многие из них (кстати с обоих лагерей) имеют непосредственное отношение к конвертационному бизнесу. Однако, справедливости ради надо сказать, что защищали они и наши интересы, ведь нас с нами, как выясняется, это тоже устраивает (см. выше).

Рубрика: банковское право, налоговое право