Китайская текстильная промышленность не устает радовать потребителей новыми мировыми брендами

В прошлый раз мы начали свой рассказ о судебном деле относительно доменного имени google.by с короткого экскурса в историю этого вопроса. Там же мы вкратце сделали попытку объяснить в чем состояли позиции сторон этого судебного спора, и, следовательно, в чем суть спора который должен был разрешить Верховный Суд Республики Беларусь.

Сегодня мы закончим описание этого дела сжатой выжимкой того, как суд решал этот спор, с какими проблемами при этом столкнулся, и какие выводы были при этом сделаны.

Судебное рассмотрение

Как мы говорили в прошлый раз, одним из первых вопросов который должен был разрешить белорусский суд - это вопрос как запретить использование домена компании “ИдБ”, которая на момент судебного разбирательства этот домен не использовала.

Проблема в том, что запретить можно только то нарушение, которое по состоянию на дату рассмотрения продолжается. А если компания что-то не делает, то для того, чтобы запретить ей не делать этого дальше через суд должны быть какие-то серьезные резоны.

При решении этого вопроса белорусский суд выкрутил тем, что домен google.by когда-то был зарегистрирован на эту фирму, а позже – на нашего мифического персонажа «гражданина Т.» который при этом был директором ООО «ИдБ». Этого, по мнению белорусского суда, было достаточно для того, чтоб запретить фирме «ИдБ» использовать не используемый ею товарный знак.

Второй нюанс заключается в том, что первичная регистрация доменного имени действительно состоялась ещё до того, как компания Гугл получила соответствующие права на знак в Беларуси.

В частности, судом было установлено, что гражданин Белоруссии «некто Т.» зарегистрировал домен google.by в 2004 году. Согласно данным реестра зарегистрированных в Беларуси товарных знаков компания Гугл никогда не регистрировала в этой стране свой знак «Google» – есть только международная регистрация, но действовала она в Беларуси только с 2006 года то есть уже после регистрации домена.

В этой связи героя нашего блога – «гражданина Т.», юридически сложно обвинить в регистрации доменного имени в нарушении прав на товарный знак, так как на момент регистрации домена у компании Гугл этих прав в Белоруссии просто не было. А как можно нарушить право которого нет? Даже больше: если кто-то регистрирует на себя товарный знак, идентичный с уже функционирующим доменным именем, и регистрация знака имеет целью отобрать этот домен, то такие действия ровнехонько ложатся под определение обратного захвата домена (reverse domain hijacking), что особо просвещенные умы ставят в один ряд с киберсквоттерством.

Белорусский суд нашел, как мне кажется, достаточно странное решение этой проблемы. Суд сказал, что раз доменное имя не является объектом права интеллектуальной собственности, то регистрация домена до даты регистрации Гуглом своего товарного знака «в данном случае правового значения не имеет».

Как это связано одно с другим – понять сложно.

Действительно, доменное имя не является объектом права интеллектуальной собственности – это всего лишь адрес в сети по которому пользователь находит тот или иной сайт. Но ведь вопрос стоит в первую очередь о том, использовал ли «гражданин Т.» при регистрации в 2004 году домена google.by товарный знак компании Гугл, который появился только в 2006? Могут ли считаться действия, которые имели место в 2004 году, считаться нарушением прав на товарный знак которого в 2004-м ещё не было?

Но вместо ответа на этот вопрос, суд решил его изящно обойти ограничившись словесным эпюром который понять не просто.

В целом, остальные доводы более-менее понятны – у компании Гугл есть товарный знак который идентичен имени домена второго уровня в доменном имени google.by, и этого суду показалось достаточно для удовлетворения иска в части запрета обоим ответчика использовать в домене google.by товарный знак Google. То, что один из ответчиков этот знак уж не использует, как говорилось выше, в Республики Беларусь никого не испугало.

Так же суд запретил использовать в том же доменном имени тем же персонажам фирменное наименование истца (Google Inc), хотя причины по которым суд пришел к такому выводу в доступных мне источниках не упомянуты.

Наверное тоже вопрос сходства названий, хотя, как показывает российский пример, эта компания когда-то называлась не Google Inc, а как-то длиннее.

В принципе, понятно что по хорошему, Гугл скорее всего прав: компания разработала программу, придумала ей название и начала зарабатывать какие-то деньги. А тут появился «некто Т.» со своим «ИдБ», взял эту программу, этот интерфейс и это название, и стал просто сшибать деньги с рекламы. Просто сделать это можно было бы как-то более изящно и красивее с юридической точки зрения. Ну, что есть – то есть.

А что же с требованиями к администратору домена?

Напомним, в России юристы Гугла в процессе рассмотрения дела уточняли требования своего иска таким образом, чтоб вывести из спора администратора домена .RU. В Беларуси же решили сумничать, и требования об аннулирования регистрации домена все же были заявлены.

Рассматривая требования Гугла об «аннулировании регистрации домена на имя гражданина Т.» и передачи домена компании Google Inc суд не нашел оснований для удовлетворении такого требования. Причина проста – выбранный Гуглом способ судебной защиты не предусмотрен белорусским законодательством.

Иными словами, по мнению Верховного Суда Республики Беларусь владелец белорусской торговой марки хоть и имеет право запретить использование своего знака в доменном имени, но правом требовать от администратора домена аннулировать регистрацию доменного имени он не наделен.

Как ранее указывалось на нашем блоге, этот вывод отвечает и международной практике.

Но, как написал украинский администратор домена, в Украине нашли свое объяснение этой практике, о чем постараемся подробней рассказать в ближайшее время.

А пункт приема поисковых запросов находится с торца здания

Google.by – домен и сайт, до 2009 года принадлежавший белорусской компании ActiveMedia. Внешний вид сайта практически полностью повторял оригинальный дизайн домашней страницы Google, с небольшим исключением — контекстной рекламой на правой стороне страницы.

Короткая заметка из Википедии вряд ли сможет в полной мере показать реальную ситуацию в отношении этого доменного имени. Вместе с тем, доступные в сети источники не дают какой-то более-менее полной картины того, что стало причиной спора, каковы причины победы одних и поражения других, и как рассматривалось это, хоть не самое громкое, но, безусловно, достаточно интересное дело о доменном имени google.by.

Интересно оно так же и тем, что в этом деле, как и в Украине, часть исковых требований было обращено к администратору домена .BY – Оперативно-аналитическому центру при Президенте Республики Беларусь, а ранее мы уже успели поставить перед собой одной из задач изучить вопрос участия администраторов той или иной доменной зоны в доменных спорах в качестве ответчиков.

Как мы уже писали, что у крупных корпораций отношение к постсоветскому пространству иногда бывает достаточно легкомысленное. Примером может служить ситуация с российским рынком, легкомысленное отношение к которому в итоге привела Гугл в суд. Но если о России американцы вспомнили в 2003 году, то о далеком и малозаселенном острове под незапоминающимся названием «Belarus» в кабинетах Манхеттена вспомнили лишь в 2008.

История вопроса

интерфейс сайта Google.by в 2008 году

Если верить веб-архивам, история google.by началась примерно весной 2002 года. Именно с этой поры на домене google.by стал действовать поисковый сайт, который использовал программу поиска компании Гугл, но при этом вообще не содержал какого-либо дизайна. Сверху была строчка для ввода слов, рядом с ней кнопка «поиск в Google.BY», сам поиск работах плохо и часто сбоил.

Долго ли, коротко ли, но в один ясный, солнечный день на Белорусский вокзал приехал электровоз «Нью-Йорк – Минск», и на этой Земле одним исковым заявлением стало больше.

Судить по-белорусски

Вообще-то положение дел с интеллектуальной собственностью в Беларуси является в своем роде уникальным. Прежде всего, эта уникальность проявляется в том, что дела об интеллектуальной собственности рассматриваются только Верховным Судом Республики Беларусь где функционирует специальная коллегия. Для сравнения, в России Верховный Суд в качестве суда первой инстанции рассматривает только узкий перечень дел имеющих общественное значение и исключительную важность. В Украине Верховный Суд вообще лишен полномочий что-либо рассматривать – в его функции входит только пересмотр решений низших инстанций да и то лишь в четко определенных законом случаях.

Исходя из этого можно было бы сделать вывод, что дела о торговых марках в Беларуси относятся к столь исключительным, что рассматривать их может только наивысший судебный орган страны. Хотя здесь стоит отметить, что количество дел, рассматриваемых Верховным Судом Беларуси, по меркам Украины крайне мало – для сравнения за 2009 год было рассмотрено всего 67 судебных дел что в масштабах целой страны вряд ли является чем-то значительным (для сравнения, в Украине в том же 2009 году было начато 229 судебных дела только об отмене охранных документов на товарные знаки, патенты и прочее. И эта статистика не включает дела об авторском праве, о запрете использования товарных знаков и патентов).

Итак, для решения вопроса о том, кому править доменом google.by, примерно в начале 2008 года в Верховный Суд Республики Беларусь был подан соответствующий иск (что, кстати говоря, сразу повлекло закрытие сайта).

Требования и возражения сторон

Традиционный интерес представляет то, что именно просила Америка у Белорусской Фемиды и как формулировала исковые требования.

А требования были таковы:

- запретить ответчикам использовать в сети Интернет, в том числе в доменном имени google.by, обозначение google, исключительным правом на которое обладает компания «Гугл Инк» как владелец товарных знаков «GOOGLE» и фирменного наименования «GOOGLE Inc»;

- аннулировать регистрацию доменного имени на имя гражданина [в официальных документах именуется как «гражданин Т.»] и обязать Оперативно-аналитический центр при Президенте Республики Беларусь передать указанное доменное имя компании «Гугл Инк».

(Напомним, что требование, аналогичное последнему, было заявлено и в Украине, и именно против оно так возмутило администратора домена .UA).

Основаниями иска было то, что компания Гугл Инк владеет правами на торговую марку «Google». Ответчики же используют это знак «в наименовании домена google.by» чем вводят пользователей сети в заблуждение относительно американской компании.

Ответчиками выбрали сразу двоих – одного некоего «гражданина Т.», на имя которого, судя по всему, и был зарегистрирован домен на момент рассмотрения дела, другого – белорусскую фирму «ИдБ», которая домен регистрировала когда-то давно, но такое ей никто не смог забыть и просить.

Здесь стоит отметить, узнать информацию о том, за кем зарегистрирован тот или иной домен в зоне .BY из открытых источников практически невозможно – в стране нет публичного сервиса whois. Потому и вопрос о том, за кем же зарегистрирован google.by долго оставался открытым, и пользователи Интернета только окольными путями выясняли наименование настоящего регистранта.

По этой же причине узнать о том, как же звали на самом деле этого таинственного «гражданина Т.» и что за организация ООО «ИдБ», наверное так и не удастся никому кроме Комитета госбезопасности Республики Беларусь и хранителя архивных материалов где-то в Силиконовой долине.

На что ссылались белорусские товарищи возражая против интервенции Гугла в Республику Беларусь?

Линия защиты компании «ИдБ» была предельно проста – они доменом действительно когда-то управляли, но потом успешно его продали и по всем понятиям вышли из конфликта.

Более сложно объяснялся гражданин Т. который рассказывал что для разработки и оформления сайта им было использовано «бизнес-решение GOOGLE», «свободный доступ и возможность использования которого предоставлены компанией Гугл по адресу www.service.google.com/searchcode?htmlaccept=on». Там было ещё что-то, о чем даже говорить сложно. Но самым серьезным, на мой взгляд, было то, что регистрация домена гражданином была произведена ещё до того, как Гугл получил права на торговую марку «Google» в Беларуси.

Словом, вот такие позиции были у участников этого дела на момент вынесения судом своего решения.

На основании этого, 15 декабря 2008 года Верховный Суд Республики Беларусь и вынес свое решение по этому делу. Своим решением суд удовлетворил Гугл только частично, о чем более детально расскажем в следующий раз.

- Ты не помнишь, чья это была идея назвать программу "Android"?

 Недавно читая пресс-релиз от украинского администратора доменных имен в зоне .UA наткнулся на описание его позиции в отношении судебного дела о доменном имени google.ua. В частности говорилось, что американская компания Гугл при вхождении на рынки России, Белоруси и Украины занималась решением примерно одного и того же вопроса, но только способ вхождения на украинский рынок затронул администратора домена тем, что к судебным спорам он был привлечен в качестве ответчика. 

В этой связи небесполезным будет сравнить то, как компанией Гугл решался этот вопрос в указанных трех странах, и каково было участие в судебных рассмотрениях администраторов региональных доменов каждой из стран. 

Начнем со ставшего уже хрестоматийным дела о домене google.ru. 

Изначально домен google.ru принадлежал американской компании Google Technology Inc. Какого-либо использования домена не было, что не редкость для компаний подобного рода – если глобалисты считают, что тот или иной рынок им не интересен, то наличие регионально-национального домена для них является больше делом принципа чем реальным бизнес направлением. В качестве примера можно привести ситуацию с иранским доменом google.ir, который так же уже много лет как принадлежит Гуглу, но при этом не применяется вообще никак. 

На нашем блоге мы когда-то писали о домене denso.com, проблемы с котором у японской корпорации Denso возникли из-за собственной безалаберности – компания просто забыла вовремя продлить свой базовый домен, и не может его вернуть уже несколько лет. Аналогичная оказия произошла и с доменом google.ru – в 2001 году кто-то в Америке забыл вовремя проплатить 10 долларов за продление домена, и домен оказался в свободном полете. 

Сколько времени понадобилось Гуглу чтоб взять кредит в банке и найти десятку долларов для оплаты за домен – сейчас уже узнать не получится. Но беда в том, что к моменту когда Америка проснулась, домену уже благополучно приделали ноги, и он, как это часто бывает, попал в хорошие руки. Как оказалось, вожделенный домен перешел в качестве поощрительного приза к одному из главных киберсквотеров России, а позже он был передан на некое Общество с ограниченной ответственностью «Гугл.Ру», что в целом заметно усложнило задачу вернуть его обратно. 

Пока в Нью-Йорке чухали потылыцю в поисках виноватых, на домене google.ru появился новый сайт. Как оказалось позже, домен был передан в пользование компании Avalanche которая на нем разместила клон своего сайта ava.ru. Я пробовал найти более свежую информацию об этой компании, но ничего путного не вышло – сайт ava.ru уже давно не содержит никакой информации об этой компании, а сам домен сейчас принадлежит физическому лицу. 

Тем не менее, в начале первого десятилетия ХХI века сайт именно этой компании и сыграл одну из решающих ролей в юридическом споре о домене google.ru. 

Итак, в 2003 году компания Google Technology Inc обратилась в московский арбитражный суд и иском к ООО «Гугл.Ру». 

Интерес представляет то, как формулировались исковые требования. Изначально юристы американской компании просили признать регистрацию домена нарушением их прав и запретить использовать в доменном имени второго уровня «google.ru» обозначение «Google». Позже требования были уточнены, и Америка взывала к российскому правосудию с просьбой признать нарушением их прав не саму регистрацию домена (в таком случае ответственность бы нес тот, кто зарегистрировал), а только действия ООО «Гугл.Ру» по регистрации. 

Таким образом, предметом рассмотрения стали действия только ООО «Гугл.Ру», тогда как каких-либо претензий к администратору домена .RU (в то время РосНИИРОС) американцы не заявляли. Что и понятно, ибо практика рассмотрения доменных споров по всему миру идет по принципу, что администратор ни при чем – он только выполняет заказ заявителя на получение соответствующего домена, но при этом он не может решать юридических вопросов о возможных правах третьих лиц (которые, к тому же, домен не просят). Кстати говоря, стандарты ICANN говорят о том же – администратор домена не может отвечать по иску о правах в отношении домена. 

Результатом рассмотрения стало решение Арбитражного суда города Москвы от 22 октября 2003 года, которым иск был удовлетворен. 

При удовлетворении иска суд принял то, что в России компания Google Technology Inc начиная с 2000 года владела свидетельством на торговую марку №191819, тогда как у ООО «Гугл.Ру» такой не было. Так же суд учел, что на организованном ООО «Гугл.Ру» сайте предоставлялась услуга поиска, которая использовала поисковую программу истца. 

стартовая страница сайта "Avalanche"

Вот так – одним из решающим факторов стало то, что сайт компании Avalanche (по крайней мере на эту компанию и ссылались) просто использовал систему поиска истца. 

Совокупность этих обоих фактов и привела к тому, что иск был удовлетворен, а апелляционные и кассационные инстанции поддержали принятое судом первой инстанции решение.
При этом стоит обратить внимание, что компания Google Technology Inc предъявляя исковые требования (в отличии от Украины) не искала возможности поссориться с администратором домена .RU, а обращала исковые требования только к непосредственному нарушителю – компании «Гугл.Ру». Возможно, это стало одним из факторов, что домен google.ru достаточно быстро был получен парнями из Силиконовой долины, и, судя по всему, к этому домену приставили специального человека обязанного следить за продлением его регистрации. 

Кстати говоря, история показала, что даже такие гиганты как Гугл со своими миллиардными оборотами могут многократно наступать на те же грабли. Можно вспомнить сколько радости принесли новости начала 2007 года, что Гугл снова по забывчивости потерял базовый домен в Германии Google.de. Благо тогда удалось отскочить, и домен вернули назад, но все понимают, что ведь могли быть варианты…

доплатить все же придется...

История с уплатой страховых взносов на общеобязательное государственное пенсионное страхование физическими лицами – субъектами предпринимательской деятельности, избравшими особый способ налогообложения, так и не достигла своего хэппи энда, по крайней мере, для последних.

Попытка предыдущего Премьер-министра обязать субъектов предпринимательской деятельности, избравших особый способ налогообложения, доплатить указанные выше взносы, более того размера, который отчисляется из единого (фиксированного) налога, через постановления Кабинета Министров Украины, была неудачной.

Причин тому было несколько. Прежде всего, как говорится, потому, что «подошли не с той стороны». Постановление от 14 апреля 2009 года № 366 «Об уплате взносов на общеобязательное государственное пенсионное страхование физическими лицами – субъектами предпринимательской деятельности, избравшими особый способ налогообложения» было принято с превышением Кабинетом Министров Украины своих полномочий, а сами положения Постановления противоречили ряду норм, в частности, Закона Украины «Об общеобязательном государственном пенсионном страховании», Указа Президента Украины № 727/98 «Об упрощенной системе налогообложения, учета и отчетности субъектов малого предпринимательства».

Во-вторых, повлияли политические изменения в стране. Как следствие, Кабинет Министров Украины в новом составе отменил указанное Постановление своим Постановлением от 24 марта 2010 года № 278 «О внесении изменений, отмене и признании утратившими силу некоторых актов Кабинета Министров Украины».

Но радость заинтересованных предпринимателей была не долгой. Приняв во внимание опыт предшественников, новый Кабинет Министров Украины подошел к решению данного вопроса более подготовленным. Так появился проект Закона Украины «О внесении изменений в законы Украины «О Государственном бюджете Украины на 2010 год» и «Об общеобязательном государственном пенсионном страховании», который 8 июля 2010 года был принят под № 2461-VI, а впоследствии и подписан Президентом Украины.

Данным Законом в Закон Украины «Об общеобязательном государственном пенсионном страховании» были внесены изменения, согласно которым физические лица – субъекты предпринимательской деятельности, избравшие особый способ налогообложения (фиксированный налог, единый налог), и члены семей указанных лиц, принимающих участие в осуществлении ними предпринимательской деятельности, на период действия законодательных актов по вопросам особого способа налогообложения, все же, обязаны уплачивать страховые взносы в порядке, определенном настоящим Законом.
При этом сумма страхового взноса устанавливается указанными лицами самостоятельно для себя и членов их семей, участвующих в осуществлении такими лицами предпринимательской деятельности и не находятся с ними в трудовых отношениях. При этом сумма страхового взноса с учетом части фиксированного или единого налога, которая перечислена в Пенсионный фонд Украины, должна составлять не менее минимального размера страхового взноса за каждое лицо и не больше размера страхового взноса, исчисленного от максимальной величины фактических расходов на оплату труда наемных работников, денежного обеспечения военнослужащих, лиц рядового и начальствующего состава, налогооблагаемого дохода (прибыли), общего налогооблагаемого дохода, с которого уплачиваются страховые взносы.

Данный Закон вступил в силу со дня его опубликования, то есть с 17 июля 2010 года.

Оглядываясь назад, когда предыдущая попытка не была удачной, и частным предпринимателям удалось добиться правды, в том числе, через обжалование в суде незаконного постановления Кабинета Министров Украины, может возникнуть надежда, что и на этот раз всё может оказаться ложной тревогой. Но следует учитывать, что на этот раз уже не те обстоятельства и другая ситуация. Теперь избежать уплаты сбора в Пенсионный фонд упрощенцам, скорее всего, не удастся и размер минимальной доплаты, в зависимости от ставки налога, будет колебаться от 210 грн. до 287 грн., а для плательщиков фиксированного налога – от 284 до 293 грн.

Если страхователи несвоевременно или не в полном объеме уплатят страховые взносы, к ним будут применяться финансовые санкции, предусмотренные Законом.  Суммы же страховых взносов своевременно не начисленных и/или не уплаченных страхователями в сроки, определенные статьей 20 Закона «Об общеобязательном государственном пенсионном страховании», в том числе исчисленные территориальными органами Пенсионного фонда в случаях, предусмотренных той же статьей, считаются просроченной задолженностью по уплате страховых взносов (недоимка) и взимаются с начислением пени и применением финансовых санкций.

В течение десяти рабочих дней со дня получения требования об уплате недоимки страхователь обязан уплатить суммы недоимки и суммы финансовых санкций, размер которых устанавливается Законом. Тем же Законом предусмотрена возможность согласования недоимки либо обжалования требования, но если начисление имеет под собой законные основания, то такое обжалование лишь отсрочит уплату.

Конечно, возникает вопрос, возможно ли избежать уплаты этого сбора, но, к сожалению, легальных способов в настоящее время не усматривается, а занижение (сокрытие) доходов может привести к привлечению к ответственности и применению соответствующих санкций. Да и само занижение доходов не очень спасает, ведь до минимального размера надо будет доплачивать в любом случае.

Напоследок, хочется отметить, что в этот раз совсем без ошибок тоже не обошлось. Принимая Закон от 8 июля 2010 года № 2461-VI, в части внесения изменений в Закон Украины «Об общеобязательном государственном пенсионном страховании», были нарушены требования ст. 1 Закона Украины «О системе налогообложения». Этой статьей предусмотрено, что поправки в данный закон, другие законы Украины о налогообложении относительно предоставления льгот, изменения налогов, сборов (обязательных платежей), механизма их уплаты вносятся в этот закон, другие законы Украины о налогообложении не позднее, чем за шесть месяцев до начала нового бюджетного года и вступают в силу с начала нового бюджетного года. Как отмечалось выше, закон № 2461- VI, оказывающий влияние на частных предпринимателей и облегчающий их карманы, вступил в силу со дня опубликования, т.е. с 17 июля 2010 года.  Очевидным является нарушение норм Закона «О системе налогообложения».

К сожалению, исправить данную ситуацию у рядового гражданина – субъекта предпринимательской деятельности, в частности, путем обжалования положений Закона в суд, не будет процессуальной возможности. В данном случае усматривается коллизия норм права.

Как вариант, при обжаловании в судебном порядке требования по уплате недоимки, возникшей  за 2010 год, можно апеллировать к нормам Закона Украины «О системе налогообложения» и ссылаться на то, что в соответствии с предписаниями данного закона, Закон «О внесении изменений в законы Украины «О Государственном бюджете Украины на 2010 год» и «Об общеобязательном государственном пенсионном страховании», в части общеобязательного пенсионного страхования,  должен вступить в силу с начала нового бюджетного года, а, следовательно, отсутствуют основания для начисления и взыскания недоимки, финансовых санкций. Но практика суда нередко зависит от политики государства в целом, поэтому делать какие-либо выводы в данном случае рано.

Незарегистрированные пользователи нелегально переходят китайско-венгерскую границу (и по пути отправляют email турецкому султану)

О необходимости регистрации авторских прав и получении свидетельств на них приходится слушать достаточно часто. В практике нашей компании так же встречаются случаи, когда клиент приходит и просит зарегистрировать что-то ним созданное, и очень для него ценное.

Стараясь быть максимально честным перед клиентом я прежде чем взять деньги за оформление заявки на регистрацию очередного «дизайна интернет-сайта интернет-магазина» всегда стараюсь объяснить, что регистрация авторского права никакого правового значения не имеет.

Основной функцией у такой регистрации является получение соответствующего свидетельства и торжественное водружение его на видное место в коридоре где оно должно искриться в лучах прожекторов. Но при этом никакой юридической нагрузки такое свидетельство не несет. Обидно то, что в 9 случаях из 10 мне просто не верят, и идут регистрировать к другим.

Читая последний шедевр от украинского Верховного Суда под названием «О применении судами норм законодательства в делах о защите авторского права и смежных прав» (постанова пленуму №5 “Про застосування судами норм законодавства у справах про захист авторського права і суміжних прав”) среди интересных новел (а Верховный часто отмечается тем, что увековечивает непонятно что) нашел и то рациональное зерно, которым можно ещё раз объяснить о том, что такое регистрация авторского права.

Но обо всем по порядку.

Итак, статья 11 Закона об авторском праве и смежных правах содержит такое, казалось бы, ясное правило: авторское право на произведение возникает вследствие факта его создания.

Для тех, кто с ночного поезда второе предложение той же статьи провозгласило, что для возникновения и реализации авторских прав не требуется регистрация произведения или какое-то другое специальное его оформление.

Казалось бы, все, баста! На этом месте можно закрывать тему и начинать говорить о пиве и том, все ли матчи сборной Украины по футболу можно смотреть лицам младше 21.

Но, как показывает практика, вопрос регистрации авторского права иногда может собой затмить игру наших дровосеков с футбольными мячами!

Дело в том, что часть пятая той же статьи 11 Закона об авторском праве внесла сумятицу в не одну светлую голову. Там сказано, что субъект авторского права для удостоверения авторства (авторского права) на опубликованное или не опубликованное произведение, факта и даты такой публикации может зарегистрировать свое авторское право.

О том, что слово «может» не всегда означает «должен» для нашего человека пока не понятно. Если честно, достаточно прочитать первые 5 страниц проекта Налогового кодекса чтоб понять откуда истоки у этой национальной особенности украинского характера. Более того, практически любой госорган при минимальном столкновении с авторскими правами потребует свидетельство о регистрации “шоб було” (потому что так учили – чем больше бумажек попросишь, тем легче даются слова «до свидания, приходите в следующем году»).

Но вот появилось постановление Верховного Суда (который раньше вообще уклонялся от вопросов интеллектуальной собственности), о выходе в свет которого я уже успел рассказать выше. Искренне надеюсь, что оно поможет более авторитетно объяснять, о чем говорится в статье 11 Закона об авторском праве, более четко.

Итак, Верховный Суд в пункте 4 своего постановления указал, что регистрация авторского права не носит правоустанавливающий характер.

Иными словами, согласно постановлению Пленума Верховного Суда сам факт наличия у меня свидетельства об авторском праве не свидетельствует о том, что это право у меня есть.

Здесь можно добавить ещё и то, что этот же вопрос когда-то разжевал Высший хозяйственный суд в одном из своих постановлений. В частности Вышка сказала, что:

- во-первых, регистрация авторского права является правом владельца авторских прав, а не обязанностью (это и так понятно – об этом прямо сказано в законе). Это значит, что я хочу регистрирую, а хочу не регистрирую, и никто не может меня заставить это делать;

- во-вторых, что важно – регистрация авторского права не определяет ни фактической даты создания произведения, ни объема правовой охраны. В некоторых случаях свидетельство о регистрации авторского права может содержать данные о публикации произведения, но никак не о дате создания;

- в-третьих – во время рассмотрения заявки на регистрацию авторского права никакие экспертизы не проводятся. Иными словами, свидетельство о регистрации авторского права говорит не о том, что у обозначенного в нем человека есть авторские права, а о том, что этот субъект просто правильно оформил заявку на регистрация авторского права, занес её в правильное окно и заплатил в кассу правильную сумму денег;

- и четвертое, и, как по мне, самое главное – зарегистрированное авторское право не имеет никаких преимуществ перед незарегистрированным. В этом свете напротив свидетельства ставится большой знак вопроса.

В принципе, этого достаточно для того, чтоб усвоить: регистрация авторского права и получение свидетельства об этом имеет больше психологическое, чем правовое значение. Судя по всему, как указывалось выше, основной функцией свидетельства на регистрацию авторского права является его висение на гвоздике в красивой рамке под стеклом и у всех на виду (вариант для продвинутых – разместить на сайте). Ведь и на самом деле, никакого юридического значения свидетельство о регистрации авторского права не несет, а значит нет никакой необходимости в её проведении.

Однако, любовь к бумажке с гербовой печатью в обществе столь сильна, что даже суды часто относятся к свидетельству о регистрации авторского права примерно так же, как благочестивый индус относится к любой коровьей ферме. Хотя, как показано выше, нельзя исключать ситуации, когда можно попасть к судье который уже успел с этим вопросом разобраться.

Юридична компанія Jurimex, спільно з Європейською Бізнес Асоціацією, запрошує усіх зацікавлених топ-менеджерів, голів юридичних та фінансових департаментів, а також юристів компаній на бізнес-сніданок «Шляхи вирішення проблемних питань, пов’язаних з використанням запозиченого капіталу в нових економічних умовах».

Зустріч юристів та представників бізнесу відбудеться 3 червня 2010 року, 9:00 – 11:00, у готелі «Дністер» у Львові.

Метою заходу є аналіз та обговорення наявних в Україні шляхів і можливих наслідків реструктуризації заборгованості, вирішення питань прострочення заборгованості в судовому порядку, а також кредитування бізнесу і залучення іноземних інвестицій. Програмою бізнес-сніданку передбачено практичну дискусію між правниками та представниками бізнесу Галичини з актуальних питань фінансового та корпоративного права.

Участь у бізнес-сніданку безкоштовна. Кінцевий термін реєстрації – 1 червня, 18:00. Кількість місць обмежена.

Реєстрація учасників та акредитація преси –  моб. тел. +380 67 731 2909, факс +380 322 61 4076, e-mail: shapoval.b@jurimex.com.ua.

З програмою заходу можна ознайомитись за цим посиланням: http://jurblog.com.ua/wp-content/uploads/2010/05/Agenda-Business-breakfast.pdf

Інформаційний партнер бізнес-сніданку – всеукраїнське щотижневе професійне видання «Юридична Газета».

Счастливый инвестор?!

27 апреля 2010 года парламентом Украины был принят Закон Украины «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно кредитования и стимулирования иностранных инвестиций» № 2155-VI.

Указанный закон вступил в силу 15 мая, однако еще до его подписания и официального опубликования, все, кому не безразличны вопросы инвестирования, радостно вздохнули: ну вот оно, первое потепление, первые позитивные изменения.  А кое-кто даже поспешил сделать выводы о полном упразднении инвестиционных счетов. Но так ли это? Не затрагивания изменений в области кредитования, попробуем разобраться поподробнее в изменениях инвестиционных.
Принятый закон № 2155-VI от 27.04.10г. в части изменений, вносимых в Закон Украины «О режиме иностранного инвестирования» (далее – Закон о режиме иностранного инвестирования), представляет собой ни что иное, как исключение из текста последнего упомянутого закона практически всех положений, добавленных в соответствии с Законом Украины «О внесении изменений в некоторые законы Украины с целью преодоления негативных последствий финансового кризиса» от 23.06.09г. № 1533-VI, вступивших в силу в ноябре и изрядным образом усложнивших жизнь желающим инвестировать в Украину.

Иными словами, из текста Закона о режиме иностранного инвестирования исключены положения о:
• необходимости осуществления инвестиционной деятельности в денежной форме исключительно через инвестиционные счета, открытые в уполномоченных банках Украины;

• обязательности государственной регистрации иностранных инвестиций;

• регистрации иностранных инвестиций, осуществленных в виде валютных ценностей, в порядке, установленном НБУ.

Следовательно, теперь снова вопрос регистрировать или не регистрировать иностранную инвестицию решает для себя каждый инвестор самостоятельно. Но об этом несколько позже.

На этапе же внесения инвестиции следует вспомнить, что понятие инвестиционного счета в наш украинский обиход еще в 2005 году ввело Положение о порядке иностранного инвестирования в Украину, утвержденное постановлением Правления НБУ № 280 от 10.08.05г. (далее – Положение о порядке иностранного инвестирования № 280). Это же постановление конкретизировало и банковские операции, которые следует считать инвестиционными, а также какие из них с использованием каких счетов (текущих или инвестиционных) могут проводиться.
А значит, отсутствие в Законе о режиме иностранного инвестирования положения об обязательном инвестировании исключительно через инвестиционные счета отнюдь не значит, что теперь, до изъятия соответствующих норм из Положения о порядке иностранного инвестирования № 280, инвестиционные счета следует считать упраздненными.
Более того, само Положение о порядке иностранного инвестирования № 280 в части требований к осуществлению иностранного инвестирования через открытые в Украине инвестиционные счета нельзя признать таким, которое противоречит Закону о режиме иностранного инвестирования как акту высшей юридической силы. Ведь в редакции самого Закона, так же, как и до внесения в него злополучных изменений 2009 года, попросту отсутствуют нормы, регулирующие эти аспекты осуществления инвестиций из-за рубежа.

Для примера обратим внимание на пункт 1.3. Положения о порядке иностранного инвестирования № 280, гласящий следующее:

«Для осуществления иностранных инвестиций в Украину разрешается зачислять перечисленную из-за рубежа иностранную валюту исключительно 1 группы Классификатора иностранных валют и банковских металлов …, и исключительно на инвестиционные счета. последующее использование средств с инвестиционного счета с целью их инвестирования в Украине осуществляется в гривне.»

Этот пункт был внесен в Положение о порядке иностранного инвестирования № 280 постановлением Правления НБУ № 762 от 23.12.2009, а его, в свою очередь, Национальный Банк Украины принял как раз во исполнение появившегося в Законе о режиме иностранного инвестирования предписания об обязательном инвестировании исключительно через инвестиционные счета.

Тогда же в тексте Положения о порядке иностранного инвестирования № 280 появился и пункт 1.6., логически дополняющий пункт 1.3.:
«Уполномоченному банку запрещается зачислять иностранную валюту, перечисленную из-за рубежа с целью осуществления иностранным инвестором инвестиционной деятельности на территории Украины, на … текущий счет резидента (независимо от группы Классификатора). В таких случаях средства возвращаются на счет банка, с которого они поступили.»

И тем же постановлением Правления НБУ № 762 от 23.12.2009 был изъят из текста Положения № 280 и ряд норм, предусматривающих и регулирующих возможность прямого инвестирования нерезидентами средств со своих зарубежных счетов на текущие валютные счета резидентов в Украине.

Вот и выходит, что если в части Закона о режиме иностранного инвестирования Украина, пусть пока еще не продвинувшись вперед, хотя бы вернулась на исходные (сравнивая с концом 2009 года) позиции, то вот в плане общего регулирования такого инвестирования радоваться и горячечно закрывать инвестиционные счета пока преждевременно.

Остается только надеяться, что Национальный Банк Украины, следуя курсом парламентариев, оперативно отреагирует на вступление анализируемых изменений в силу и соответствующим образом отредактирует Положение о порядке иностранного инвестирования № 280.Что же касается требований к регистрации иностранных инвестиций, то в заключение хочется отметить следующее.

Да, регистрация с момента вступления в силу проголосованного депутатами 27 апреля 2010 года Закона снова прекращает быть обязательной.
Тем не менее, принимая решение не регистрировать вносимую инвестицию, инвестор должен, прежде всего, обратить свой взгляд в будущее, а именно, задуматься о том моменте, когда он эту инвестицию попытается вернуть или, выражаясь словами нормативных актов, изъять. А это предполагает перечисление банком за рубеж инвестору иностранной валюты, что в прежние времена не всегда просто было осуществить даже при условии, что иностранная инвестиция на первоначальном этапе была зарегистрирована.

Происходило это по большей части в силу несовершенства Положения о порядке государственной регистрации иностранных инвестиций, утвержденного постановлением КМ Украины № 928 от 07.08.1996г., и довольно в общих чертах регулирующего процедуру регистрации инвестиций, что и в предыдущие годы позволяло чиновникам достаточно вольно трактовать его нормы на собственный вкус в зависимости от той или иной ситуации. Именно этим Положением снова придется руководствоваться инвесторам, желающим зарегистрировать свою осуществленную в Украину инвестицию в силу упразднения регистрации денежных инвестиций в порядке, установленном НБУ. И оно, по крайней мере пока, в действующей редакции, не готово к регистрации в качестве иностранных инвестиций, фактически внесенных в объекты инвестирования в гривне , как того требовало законодательство предшествующего периода.

Нельзя, безусловно, не согласиться с тем, что все эти недостатки действующего национального законодательства не меняют сути самого действия: если вклад инвестора в украинскую экономику подпадает под определение инвестиции в соответствии с международными соглашениями и конвенциями, то никто и ничто не лимит его возможности отстоять свою позицию в судебном порядке.

Вот только следует заметить, что процедура судебной защиты, и особенно в международном арбитраже, занятие не быстрое и затратное, а значит, она становится целесообразной (рентабельной) лишь при определенной сумме осуществленного инвестирования.

Именно поэтому, подводя итоги, хочется понадеяться, что вопросы улучшения инвестиционного климата не отойдут завтра на задний план, законодатели и новая власть доведут свои позитивные начинания до логического конца, а желающим активно инвестировать в Украину – посоветовать не торопиться и просто еще немного выждать.

Фишки

Все мы, наверное, читали увлекательные рассказы писателей-фантастов, в которых в будущем людьми на земле правит могучая и вездесущая организация, возглавляемая одним не совсем порядочным, но зато всесильным монстром. Без всякого сомнения, такие произведения читали и авторы законопроекта №3062 «О внесении изменений в Закон Украины «О предотвращении легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем», проголосованного Верховной Радой в целом.

Однако, авторы законопроекта, в отличие от нас с Вами, настолько зачитались фантастикой, что решили сказку воплотить в жизнь в нашем отдельно взятом многострадальном государстве на примере отдельно взятого государственного органа. Что-то подсказывает нам, что поклонники фантастики засели именно в этом государственном учреждении, имя которому – Государственный департамент финансового мониторинга Украины или проще – Госфинмониторинг.

Именно они, пользуясь откровенной неразборчивостью депутатского корпуса высшего законодательного органа страны, предложили распространить полномочия своего родного органа практически на все сферы жизни общества, придав при этом ему беспрецедентные по объемам права.

О чем же идет речь? Речь идет о начавшейся в 2002 году в Украине борьбе против легализации денег, добытых преступным путем. Явлением, которое если встречалось в Украине, то скорее как явление экзотическое, из ряда вон выходящее. Почему? Да потому что у нас просто отсутствовал спрос на подобную услугу. Ведь до сих пор источник происхождения денежных средств гражданина Украины интересен только ему самому. Несколько попыток введения косвенных методов налогообложения, которые предусматривали взыскание налогов исходя из затрат плательщика, так и не увенчались успехом. Чистота источников происхождения средств – вопрос, волнующий чиновников, однако лишь в небольшой степени, т.к. бесчисленное число связанных с ними юридических и физических лиц позволяют оправдать трату денег в любом объеме.  Ну а от терроризма нас пока Бог миловал.

Конечно, призрак государственного контроля за легальностью происхождения доходов государственных чиновников вставал уже не один раз в связи с принятием в прошлом году трех антикоррупционных законов. Однако, беря во внимание количество переносов даты введения их в действие, этот призрак воплотится в жизнь весьма не скоро.

В тоже время, в Украине присутствовала и присутствует другая проблема – проблема уклонения от налогообложения. Деяние, за которое предусмотрена уголовная ответственность, крайне распространено в нашем государстве и действительно составляет колоссальную проблему отечественной экономики, к легализации не относится, т.к. представляет прямо обратный процесс. Если при легализации деньги из «тени» выходят «на свет», приобретая легальный статус, то уклонение от налогообложения предусматривает увод денег в тень от налогов. Однако выявление таких нарушений не входит в обязанности Госфинмониторинга.

В далеком 2002 году мы были вынуждены ввести в нашу правовую систему по большому счету не нужный нам правовой институт и создать достаточно большой государственный орган под давлением мирового сообщества и международной организации FATF, в черном списке которой Украина некоторое время прибывала.

Всего лишь 5 лет понадобилось Госфинмониторингу для укрепления чувства недовольства руководства органа объемом своих полномочий и 2 года для лоббирования своей идеи в недрах парламента. И вот созрел законопроект, который с одобрения Верховной Рады стал, без преувеличения, новым словом в украинском государственном строительстве.

Оставим за скобками редакционные неточности, которыми пестрит законопроект. Оставим также комментарии согласованности документа как внутри его, так и с другими нормативными актами, что также оставляет желать лучшего. Остановимся на основном.

Основной новеллой законопроекта стало расширение списка субъектов финансового мониторинга, т.е. организаций, которые должны регистрировать и сообщать Госфинмониторингу обо всех финансовых операциях, подлежащих мониторингу. Теперь такими субъектами, дополнительно к уже существующим, будут также адвокаты, нотариусы, аудиторы, торговцы недвижимостью, ценными бумагами, драгоценными металлами и просто осуществляющие операции с товарами, предоставляющие услуги, выполняющие работы за наличку. Таким образом, финансовый мониторинг приобретет всеобъемлющий характер. Любая операция (напр., магазина) в наличной форме с активами на сумму более 150000 грн., также как и, по усмотрению субъекта первичного финансового мониторинга, операции на меньшую сумму или в безналичной форме, по задумке авторов законопроекта будут являться объектом финансового мониторинга и, следовательно, будут регистрироваться и учитываться Госфинмониторингом. Учету подлежат также и взаимосвязанные финансовые операции, проведенные между теми же субъектами на меньшую сумму.

Оставляя вне своего внимания положения законодательства об адвокатской, аудиторской тайне, тайне нотариального действия, законопроект идет дальше Уголовно-процесуального кодекса, заставляя указанных лиц раскрывать закрытую информацию, используя при этом не вполне вразумительные и потому не понятные оговорки о том, что в определенных случаях такая тайна может не раскрываться. Наверное, господа из Госфинмониторинга знакомы с 40 рекомендациями FATF несравненно более глубоко, чем с Всеобщей декларацией прав человека или Конституцией Украины.

И уже просто умиляет включение в перечень субъектов финмониторинга такого субъекта как «иные лица, которые в соответствии с законодательством предоставляют финансовые услуги». Ведь, перечень финансовых услуг в соответствующем законе достаточно широкий, а отдельные финансовые услуги предоставляются юридическими лицами без получения лицензии.

Естественно перед этим меркнет перечень обязанностей субъектов финансового мониторинга из 21 пункта. Читая законопроект, просто не остается сомнений в том, что противодействие легализации является первой и основной задачей государства.

Еще одним предложением пока еще законопроекта является расширение полномочий Госфинмониторинга за счет таких прав как право проводить проверки субъектов финансового мониторинга, останавливать любые финансовые операции. Отметим, что таким образом нормы законопроекта предлагают вернуть арест банковских счетов во внесудебном порядке, упраздненный еще в 2006 году. Для этого даже вносятся изменения в Гражданский кодекс и Закон «О банках и банковской деятельности». Таких полномочий не имеют ни органы милиции, ни прокуратуры, ни даже налоговая!

Добавьте к этому существующее сейчас право Госфинмониторинга на получение любой информации и копий документов от государственных органов и субъектов финансового мониторинга, и получите объем полномочий органа, который будет иметь информацию о всех мало-мальски значимых финансовых операциях, к которым закон относит и не денежные операции (скажем, по отчуждению недвижимости), совершаемых на территории Украины. Причем обеспечиваться такое право будет весьма серьезными санкциями (о размере административного штрафа авторы законопроекта тоже позаботились, дополнив КоАП Украины соответствующими статьями), в том числе и уголовно-правовыми. Отметим, что законом предусмотрена возможность лишения лицензии субъекта первичного финансового мониторинга за повторное невыполнение требований Госфинмониторинга.

 Скажите, оправдано ли целями противодействия легализации средств, добытых преступным путем создания такого государственного монстра, имеющего полномочия в чем-то даже шире полномочий органов уголовной юстиции. Неужели 800 возбужденных (не доведенных до суда, а только возбужденных) уголовных дел как результат работы Госфинмониторинга на протяжении первых пяти лет работы могут оправдать наделение одного государственного органа массивом информации, который превращает его без преувеличения в орган силовой?

Возможно, скажете Вы, подобный контроль необходим для противодействия уклонению от налогообложения или растущей коррупции?  Возможно, да. Но как может орган, исключительной задачей которого является борьба с легализацией средств, добытых преступным путем, использовать информацию, которой он обладает на другие, не предусмотренные законом цели? А если хотя бы допустить такую возможность, то почему эти цели будут обязательно благими? Ведь с такой же легкостью, сотрудник государственного органа сможет, упаси Боже, просто продать информацию, которая по своему объему и содержанию не имеет цены.

Как будут на практике применятся полномочия Госфинмониторинга, отечественный бизнес сможет увидеть уже в ближайшее время. Очевидно одно – мы с Вами уже сейчас можем поздравить друг друга с рождением еще одного силового органа, а большинство отечественных предпринимателей – с возложением на них целого ряда дополнительных обязанностей, связанных с контролем за финансовыми операциями своих клиентов.

Читайте также в “Зеркало Недели” на http://www.zn.ua/2000/2675/69488/.

Чё-то этот забор сильно напоминает "интернет-клуб"

С принятием в июне прошлого года закона «О запрете азартного бизнеса в Украине» дискуссия о модели построения рынка азартных игр приобрела новое качество. Из редких теоретических выкладок специалистов на страницах прессы задача выбора и внедрения в Украине наиболее обоснованных с экономической и правовой точек зрения правовых моделей построения игрового рынка была переведена в ранг государственных задач, стоящих перед конкретными чиновниками. Нельзя сказать, чтобы это привнесло здравые мысли в головы людей, отвечающих за регулирование этого рынка как при старой, как и при новой власти, однако очевидно прибавило им энтузиазма, чем объясняется обилие идей и концепций, в соответствии с которыми чиновники сегодня предлагают урегулировать рынок.

Конечно, державные мужи не удостаивают себя труда разобраться в теоретических основах и экономических истоках явления, которым занимаются, ведь намного легче принять услышанную, как правило, с уст заинтересованных лиц идею, чем тратить свое драгоценное время на изучение никому не нужной литературы, которая к тому же зачастую изложена на не понятном иностранном языке. Однако, мы, как люди не обличенные тяжкой ношей государственной власти все-таки попытаемся разобраться в природе того явления, которое именуется игровым рынком, понять почему именно в этой области большинство развитых стран установило такой не сопрягающийся с принципами свободного рынка метод правового регулирования, как государственная монополия.

Начнем с истории. Промышленные или предпринимательские источники доходов, которыми государство пользуется для себя, совершенно не допуская или ограничивая свободную конкуренцию имели название регалий (от лат. regalis – царский). Регалии, к коим относится и государственная монополия на игорном рынке, как регалии низшего порядка выделились из т.н. regalia majora – регилий высшего порядка (право государства на землю, суд и взимание налогов).

Истории известны различные виды регилий (монополий), существовавшие в разные времена.

Табачная, чайная, спичечная, алкогольная, карточная, лотерейная, керосиновая, фарфоровая, почтовая, соляная, монетная – многие из этих монополий безвозвратно ушли в историю, но некоторые дожили до наших дней. Почему? Об этом несколько позже.

Великий русский финансист И.И.Янжул в своем фундаментальном труде «Основные начала финансовой науки. Учение о государственных доходах» (1904г.) выделял три категории регалий:

(1) регалии, в которых государство выступает наравне с частными предпринимателями не существенно ограничивая, либо не ограничивая вовсе свободу конкуренции;

(2) регалии, в которых государство значительно ограничивает либо абсолютно исключает частную конкуренцию поступая так исключительно в интересах общественных, политических или экономических, опасаясь вреда, который могли бы принести указанные виды деятельности, оказавшись в частных руках;

(3)регалии, в которых исключение частной инициативы обусловливается единственно преследованием фискальных целей.

Последние два вида регалий являются публично-правовыми, что предполагает собой ограничение государством свободного рынка путем установления жестко императивных ограничительных норм. Справедливости ради отметим, что государства на законодательном уровне, как правило, не делали особых различий между вторым и третьим видом регалий, а их разграничение осуществлялось на теоретическом уровне. К примеру, питейная монополия, относимая к третьему виду практически всеми учеными (см. напр., И.Т.Тарасов «Очерк науки финансового права»), вводилась государствами с исключительно благими, социальными целями.

Как заявил в конце ХІХ века министр финансов России С.Ю.Витте «монополия является единственным средством к ограничению в интересах нравственности и народного здравия злоупотребления спиртными напитками и к изъятию из употребления напитков, безусловно, вредных для здоровья». Так, при установлении монополии в России был введен жесткий водочный стандарт (очищенный горячим способом водочный спирт не ниже 40 градусов) и учреждена специальная лаборатория Санкт-Петербурге для контроля за качеством алкоголя.

Кроме того, винная монополия в России содействовала интересам помещиков, обеспечивая высокие цены на покупаемую у них продукцию. Интересно, что борьба с алкоголизмом, ставшая целью винной монополии в Швейцарии в 1885 году, действительно сократила объем потребляемого населением спирта почти вдвое.

Таким образом, для всех без исключения регалий второй группы и для большинства регалий третьей группы государством определялись более или менее четкие социальные цели и задачи.

Вместе с тем, государственные монополии обещали и другие выгоды, к которым известный финансист А. фон Рутцен еще в 1907 году, в частности относил:

- обеспечение надлежащего качества продукта и его надлежащего сбыта;

- возможность увеличения государство своих доходов независимо от размеров налогообложения, т.е. обращение в свою пользу предпринимательской прибыли;

- уменьшение расходов, связанных с получением дохода, исходя из того, что надзор за казенными предприятиями может быть в значительной мере сокращен по сравнению с надзором за частными заведениями, склонными к нарушениям интересов фиска.

Однако, как показала история, государственная монополия в классическом ее проявлении (т.е. осуществление деятельности непосредственно государством через полностью принадлежащие ему предприятия) имеет также значительное количество недостатков, к которым относят:

- крупные затраты на создание и содержание монополии (на учреждение винной монополии в России были потрачены невиданные по тем временам средства – 296,6 млн. руб.). Ведь общеизвестно, что государство, являясь не эффективным собственником тратит на содержание предприятия на порядок больше, нежели частный собственник;

- трудное прогнозирование доходов от государственных монополий, которые зависят от значительного количества субъективных и объективных факторов слабо поддающихся анализу;

- рост коррупции и хищения средств, вырученных государственными монополиями;

- слабо реализуемая в рамках государственного аппарата потребность в качественной, высокопрофессиональной команде, которая собственно и могла бы организовать эффективную государственную монополию.

 Именно совокупность вышеуказанных негативов государственных монополий вопреки, казалось бы, очевидным преимуществам такой модели для государства повлекла то, что большинство государственных регалий третьей группы (кроме самых прибыльных) были упразднены капиталистическими странами в начале ХХ века. А ведь, в XVІІІ веке в Европе практически все ремесла и товары были в той или иной степени предметом монополии государства. До наших же времен «дожили» такие фискальные монополии как монополия на опробование и клеймение государственным пробирным клеймом ювелирных и иных изделий из драгоценных металлов, деятельность в области военно-технического сотрудничества, производство спирта этилового и некоторые другие.

Между тем, регалии второй группы, имеющие преимущественно или исключительно полицейское значение (напр. почтовая, картежная, лотерейная) в странах  Европы остались практически без изменений, ведь их существование объясняется не только и не столько интересами фиска, сколько интересами общества, необходимостью предотвратить те негативные последствия, которые влечет для общества осуществление определенного вида деятельности частными лицами либо его полный запрет.

Именно к таким видам деятельности принадлежит игорный бизнес, полный запрет которого в Украине в июне 2009 года очевидно принес больше вреда, чем пользы нашему обществу. Руководствуясь исключительно популистскими целями, не беря во внимание негативный европейский и отечественный опыт подобных действий, ушедшая властная команда ввела абсолютный запрет на осуществление игорного бизнеса в государстве, мгновенно переведя все существующие игорные заведения в тень и выведя полностью из-под государственной защиты игрока (участие в игре запрещено равно как и ее проведение).

Как ни странно, но новая властная команда наступая на те же грабли снова пытается разрубить гордеев узел проблем игорного рынка без привлечения специалистов, пытаясь заменить необходимые содержательные решения громогласными лозунгами. Чего же не хватает  чиновникам, готовящим законодательные инициативы в сфере государственного регулирования игорного рынка? К сожалению, главного – понимания экономической и правовой сути игорного бизнеса!

Азартные игры (в т.ч. лотереи), являясь классическим примером государственной регалии (монополии) второй группы, монополизированы государством в подавляющем большинстве стран Европы. В Австрии азартные игры проводятся монопольно оператором «Австрийские казино», а лотереи оператором «Австрийские лотереи», которые пребываю под полным контролем, хоть и не в полной собственности государства. В Греции азартные игры проводятся в 9 казино, 6 из которых принадлежат государству, а государственные лотереи и букмекерские игры – 3мя операторами, 2 из которых не государственные. В Финляндии азартные игры проводятся 3-мя операторами. Нидерландах – одним оператором, принадлежащим государству. Государственная монополия на все азартные игры установлена в Норвегии, Дании, Швеции, Исландии, Ирландии и других странах. На лотереи монополия установлена во всех без исключения странах Европы. Исключением из общего правила является пример Англии, где отсутствует государственная монополия на проведение азартных игр. Однако, лотереи здесь проводятся также монопольно частным оператором «Камелот», который выиграл соответствующих государственный тендер.

Азартный бизнес, как бизнес на пороке не только аморален по своей сути, он способен причинить колоссальный вред обществу. И дело здесь не только и не столько в разорении отдельных граждан и их семей, сколько во вреде общества в целом. Взрощенное на азартных играх на протяжении последнего десятилетия молодое поколение уже в скором будущем даст нам вкусить плоды навязанной им в том числе и азартными играми потребительской философии. 

Испытывая разные модели построения рынка азартных игр, государства Европы давно пришли к выводу, что азартную игру невозможно запретить полностью, а потому необходимо проводить самим государством монопольно: непосредственно, либо через агентов, определенных на конкурсных началах. Именно последний вариант позволяет избежать основной негативный недостаток государственной монополии – необоснованные затраты государства на ее организацию и содержание. Согласитесь, в украинских реалиях создание оператора государственной формы собственности не только повлечет за собой колоссальные затраты на его создание, но и породит еще одного государственного монстра по образцу Нефтегаза, Национальной телекомпании Украины, Украгролизинга и других печально известных государственных компаний.

При этом, целью государственной монополии должно стать не увеличение спроса населения на игру, а наоборот ограничение игры, удовлетворение минимального спроса на нее граждан с целью искоренения и дальнейшего недопущения нелегального азартного бизнеса. Именно поэтому игры, проводимые в рамках государственной монополии должны быть более безопасными для населения (ограничения по рекламе, ограничения по участию и т.д.). Таким образом, фискальные цели данной монополии (регалии) вторичны по отношению к социальным целям. Хотя отметим, что доходы операторов азартных игр в развитых странах Европы исчисляются миллиардами евро.

При этом, очень важно понимать пагубность установления разных правовых и налоговых режимов для отдельных видов азартных игр. Подобный прецедент имел место в украинской практике до июня 2009 года, когда государственные лотереи, вынужденные работать абсолютно по-белому, осуществляли отчисления от проведения лотерей в бюджет от оборота, явно проигрывая конкуренцию смежным видам азартного бизнеса, которые, работая полулегально, имели значительное конкурентное преимущество перед лотереями. Поэтому, идеи введения разных правовых и налоговых режимов для разных игр, а тем более соединение в рамках одного правового режима концепции государственной монополии и лицензирования операторов более чем безосновательны.

Исходя из этого, новая властная команда, которая, без всякого сомнения, изобилует здравыми и прагматичными людьми просто обязана осуществить то, что не совершалось властью за все года независимости Украины: провести открытую дискуссию о будущем игорного рынка с привлечением в первую очередь специалистов, профессионалов в этом бизнесе и на основе дискуссии принять решение о внедрении правовой модели рынка исходя их лучших европейских образцов, руководствуясь не красивыми, но пустыми лозунгами, а интересами в первую очередь государства и украинского общества.

Добрый доктор Айболит всех излечит, исцелит...

Совсем недавно информационные и новостные ресурсы глобальной сети Интернет пестрели заголовками о том, что Министерство здравоохранения Украины разработало новый законопроект «Об обязательном государственном социальном медицинском страховании» и представило его на общественные слушания.

Примечательно, что большинство новостей по этой тематике начинается фразой «Украина единственная страна в Европе, в которой отсутствует обязательное государственное медицинское страхование». Печально, не правда ли!?

Необходимо отметить, что в истории независимой Украины указанный законопроект уже далеко не первая попытка урегулирования данного вопроса.

Таким образом, «актуальность темы», так сказать, на лицо. Действительно, обязательному медицинскому страхованию в Украине однозначно быть, но вводить его нужно, на мой взгляд, поэтапно.

При этом за основу можно и нужно брать опыт зарубежных соседей. Зачем изобретать велосипед? Но, в таком случае, не стоит забывать про «особенности», которые присущи исключительно нашей стране. Как не прискорбно, но «основная особенность» украинской медицины – это ее плачевное состояние, которое выражается, в первую очередь, в отсутствии медикаментов, не побоюсь этого слова ужасном материально-техническом оснащении больниц, и, в конце концов, непрофессиональном медицинском обслуживании.

Но, вернемся к анализу предложенного законопроекта. Итак, с целью урегулирования отношений законопроект должен определять следующее:

– центральный орган, который будет осуществлять страхование;

– круг лиц, которые подлежат обязательному медицинскому страхованию;

– круг страховщиков;

– размер и порядок уплаты страховых взносов;

– перечень видов медицинской помощи;

– источники формирования средств общеобязательного государственного социального медицинского страхования;

– порядок определения поставщиков медицинских услуг.

Итак, общеобязательное государственное социальное медицинское страхование планируется осуществлять с помощью Фонда медицинского страхования Украины, органами управления которого являются правление и исполнительная дирекция. Функции надзора за деятельностью фонда будет осуществлять наблюдательный совет. Управление самим фондом осуществляется на паритетной основе представителями от государства, представителями застрахованных лиц и работодателей.
Исходя из положений законопроекта, фонд будет выполнять функции своеобразной страховой компании, аккумулируя и распределяя страховые средства.

Согласно законопроекту страхованию подлежат (ст. 5):
– граждане, иностранцы, лица без гражданства, пребывающие на территории Украины и работающие на предприятиях, в учреждениях и организациях, созданных на основании украинского законодательства;
– члены коллективных и арендных предприятий, сельхозкооперативов и фермерских хозяйств;
– лица, работающие в иностранных компаниях (организациях и учреждениях), осуществляющих деятельность на территории Украины;
– лица, избранные в органы власти;
– безработные, неработающие, учащиеся и другие категории лиц.
Как видим, закон распространяет свое действие практически на все категории лиц, находящиеся на территории Украины.

Страховщиками, согласно с предложенным законопроектом (ст. 6) являются работодатели, местные органы исполнительной власти, Фонд соцстрахования от несчастных случаев, центральный орган исполнительной власти по вопросам исполнения наказаний.

Таким образом, груз страхования, в основном, опять-таки ложится на работодателей.

Согласно ст. 29 законопроекта размер страховых взносов устанавливается Верховным Советом Украины ежегодно в зависимости от категории страховщика:

– для работодателей – в процентах от сумм расходов на оплату труда, включая основную и дополнительную заработную плату, поощрительные и компенсационные выплаты, подлежащие налогообложению НДФЛ;

– для лиц, обеспечивающих себя работой самостоятельно (адвокаты, нотариусы, предприниматели и другие) – в процентах от совокупного налогооблагаемого дохода (прибыли);

– для остальных категорий (безработные, инвалиды, студенты, лица отбывающие наказание в виде лишения свободы и пр.) – в виде фиксированной суммы на каждое застрахованное лицо.

Перечень видов медицинской помощи по общеобязательному государственному социальному медицинскому страхованию определяется отдельным законом, принимаемым ежегодно одновременно с принятием законов о Государственном бюджете Украины. Но в перечне должны быть предусмотрены следующие виды медицинской помощи (ст. 8):

– медицинская помощь в связи с заболеванием, индивидуальной профилактикой заболеваний, травм, отравлений и других расстройств здоровья, предотвращением обострения заболеваний, переходом острых заболеваний или других расстройств здоровья в хроническую или более тяжелую стадию, а также планированием семьи;

– медицинская помощь в связи с беременностью, родами, а также их последствиями;
– услуги по выдаче в установленном законодательством порядке соответствующих медицинских документов.

Согласно ст. 26 законопроекта источниками формирования средств общеобязательного государственного социального медицинского страхования являются:

– страховые взносы, уплачиваемые страхователями на условиях и в порядке, предусмотренных настоящим Законом;

– средства государственного и местных бюджетов;

– средства, поступившие от уплаты штрафов, наложенных за нарушение норм настоящего Закона;

– благотворительные и добровольные взносы предприятий, учреждений, организаций и физических лиц;

– прибыль, полученную от размещения временно свободных средств Фонда медицинского страхования Украины, в том числе резерва страховых средств Фонда на депозитном счете;

– другие поступления, не запрещенные законодательством.

Что касается порядка определения поставщиков медицинских услуг, которые предоставляют медицинскую помощь в рамках социального медицинского страхования, то такие поставщики будут определяться Кабинетом Министров Украины.

Таким образом, общий анализ приводит к выводу, что предложенный законопроект не способен в полной мере урегулировать данную сферу взаимоотношений. Кроме того, законопроект содержит некоторые внутренние противоречия, а также не решает все поставленные перед ним задачи. Именно поэтому, законопроект требует существенных доработок.